The article discusses Krason v HMRC [2026] UKFTT 675 (TC), a cautionary case about the risks of entering tax avoidance arrangements without properly understanding what is being filed with HMRC. Although Mr Krason, a Polish dentist, successfully appealed against penalties of £224,750, the case shows the serious consequences of misplaced reliance on a trusted tax adviser: tax liabilities, interest, international recovery action, frozen bank accounts, sale of assets, and a payment plan extending to the age of 70. The article also considers the careful and sympathetic approach taken by Judge Anne Redston, my former Tax Law professor at King's College London, within the limits of the Tribunal's jurisdiction. The broader lesson is clear: taxpayers may delegate tax compliance, but they should not surrender judgment over arrangements that promise substantial tax savings without a clear explanation.
Reliance on Tax Advisers and Failed Avoidance Arrangements: Lessons from Krason v HMRC
The decision in Krason v HMRC [2026] UKFTT 675 (TC) (https://www.iclr.co.uk/document/2026003801/2026ukftt675tc_TNA/html) is a cautionary case on the risks of entering a tax avoidance arrangement without understanding what is being done in one's name. Mr Krason succeeded in his appeal against penalties of £224,750, but by then the wider consequences had already been severe: tax and interest, HMRC investigation, international recovery action, frozen bank accounts, the sale of personal assets, and a long-term payment plan.
Mr Krason was a Polish dentist who moved to the United Kingdom in 2004. The Tribunal accepted that his English was sufficient for work, but not his first language, and that he found complex language difficult. He had no financial or business knowledge. His professional expertise was dentistry, not tax, accounting, trusts or corporate structures. This personal context was central to the Tribunal's assessment of whether he had acted deliberately or carelessly.
Soon after arriving in the UK, he was introduced by Polish colleagues to an accountant. For around seven years, that accountant prepared his accounts and self-assessment tax returns in an ordinary way. Nothing in that earlier relationship caused concern. Mr Krason trusted him because he appeared professionally qualified, had previously worked for HMRC, and had dealt with his tax affairs for several years. The Tribunal recorded that Mr Krason believed he was "safe and in good hands".
The problem arose when the adviser told him that he was paying too much tax and could reduce his liability through what was described as a legitimate trust structure. Mr Krason asked whether it was lawful and was reassured that it was. He was also told that other professionals had used similar arrangements. That combination of professional reassurance, prior trust and peer familiarity appears to have been decisive.
Mr Krason did not understand what a trust was. He was told that he would have to pay 11% of his gross earnings, which he understood to be a contribution connected with the trust and believed would be paid to HMRC. That was wrong. The Tribunal found that the 11% was not tax, was not paid to HMRC, and was instead a fee connected with the operation of the arrangement.
What Mr Krason believed to be a legitimate tax-saving structure was, in reality, a complex avoidance arrangement involving loans, an offshore trust and a personal management company. He signed technical documents that he did not understand because his adviser told him they were necessary. The Tribunal accepted that he did not understand the structure, the documents, or the tax entries being made on his behalf.
One of the most important facts concerned the 2011–12 tax return. Mr Krason had signed a draft return showing profits of £116,170 after expenses, including "other business expenses" of £3,325. The return was later amended before filing so that "other business expenses" increased to £119,932. Mr Krason's evidence, accepted by the Tribunal, was that he had not been given the amended return and did not know until the hearing that the return filed on his behalf was not the one he had signed.
HMRC then paid him £45,412. Mr Krason treated that repayment as confirmation that the arrangement was legitimate. The Tribunal found otherwise: it was a refund of earlier payments on account triggered by the amended return. It was not HMRC approval of the arrangement. This is one of the key practical lessons of the case. A repayment from HMRC may be only the mechanical result of figures submitted in a return, subject to later enquiry and challenge.
Mr Krason remained in the arrangement until 2017–18. In January 2018, HMRC issued a Code of Practice 9 letter on the basis that he was suspected of tax fraud. He was shocked and continued to rely on his adviser, who reassured him that HMRC was wrong. Correspondence with HMRC was largely handled through the adviser, and Mr Krason signed documents and letters when asked.
HMRC issued discovery assessments, closure notices and penalties. The penalties totalled £224,750 and were imposed on the basis that Mr Krason had acted deliberately and with concealment. The appeals against the underlying tax did not succeed, leaving the penalty appeal as the remaining issue.
The financial consequences extended beyond the UK. Mr Krason had returned to Poland to care for his elderly and sick mother, with whom he held a joint bank account. HMRC asked the Polish tax authorities to collect the debt. With interest, the amount exceeded £200,000. The Polish authorities froze his bank accounts, including the joint account with his mother. He raised funds by selling his home and car.
The case therefore illustrates the practical effect of international cooperation between tax authorities. A UK tax liability can affect overseas bank accounts and assets, and where accounts are jointly held, the impact may extend to family members.
Mr Krason later agreed a payment plan requiring him to pay £30,000 from his remaining savings and £1,200 per month for ten years. The Tribunal recorded that this would continue until he was 70, required him to return to work, and left him with £150 per month to live on.
Judge Redston rejected HMRC's case that Mr Krason had acted deliberately. She found him to be an entirely honest and credible witness. She accepted that he did not understand the documents, did not know that his 2011–12 return had been changed before filing, did not understand how the arrangement operated, and did not know that it did not work.
The Tribunal also rejected the allegation of concealment. HMRC relied in part on redacted bank statements provided during the investigation. However, the Tribunal found that the redactions were not made by Mr Krason or at his direction. When later asked, he willingly authorised HMRC to access his bank accounts, allowing HMRC to see the unredacted movements of funds.
HMRC's alternative case was that Mr Krason had been careless. It argued that a reasonable taxpayer would have obtained written advice, consulted a lawyer, tried to understand the arrangement, and checked the entries in his returns. The Tribunal rejected that argument on the facts. The relevant question was not what a sophisticated taxpayer, accountant or lawyer would have done, but what a prudent and reasonable taxpayer in Mr Krason's position would have done, taking account of his language, background, lack of financial knowledge, and long-standing reliance on a professional adviser.
Judge Redston concluded that Mr Krason's trust had been misplaced, but not unreasonable. That distinction is the core of the decision. The Tribunal did not approve the arrangement or suggest that taxpayers can ignore what is filed in their name. It held only that, on these facts, Mr Krason had not acted deliberately, had not concealed inaccuracies, and had not failed to take reasonable care. The penalties were cancelled.
The judgment also shows what a Tribunal can and cannot do. Judge Redston could cancel the penalties, but she could not undo the underlying tax consequences or the procedural history. However, she did direct HMRC to provide an explanation in ordinary language of how a £164,000 figure had been calculated. She also invited HMRC to review its decision to seek £9,000 in costs, noting that no costs award had in fact been made, that Mr Krason's means had not been considered, and that he was living on only £150 per month after entering the payment plan.
That part of the decision is important. It shows a judge remaining within legal limits while still requiring clarity, proportionality and fairness in the administration of the case.
The practical lessons are straightforward. Professional advice matters, but professional status alone is not enough where an arrangement produces a substantial tax reduction. A taxpayer should be cautious where a structure involves trusts, offshore elements, loans, personal management companies, circular payments, unusually large deductions or fees linked to the tax advantage.
A taxpayer should also see the final version of any return filed with HMRC. It is not enough to sign an earlier draft and assume no material changes will be made. If a return contains a large deduction, the taxpayer should ask what it is, why it is allowable, and what evidence supports it. If the explanation cannot be understood, independent advice should be obtained from someone unconnected with the arrangement.
Krason v HMRC is ultimately a case about reliance and responsibility. Mr Krason was found to be honest and not careless, and the penalties were cancelled. However, the wider consequences remained severe: tax and interest, frozen overseas accounts, sale of assets, and a payment plan extending to the age of 70.
The broader message is that taxpayers may delegate the preparation of their returns, but they should not surrender all judgment over what is submitted in their name. Where a proposed arrangement produces a large tax benefit without a clear and intelligible explanation, independent verification at the outset is essential.
Решение по делу Krason v HMRC [2026] UKFTT 675 (TC) является показательным примером того, к каким последствиям может привести участие в налоговой схеме, если налогоплательщик не понимает её сути и полностью полагается на своего консультанта. Формально г-н Ярослав Красон (Jaroslaw Krason) выиграл спор о штрафах: Трибунал отменил штрафы HMRC на сумму £224,750, поскольку не установил ни умышленного поведения, ни небрежности. Однако к этому моменту основные последствия уже наступили: налоговые доначисления, проценты, расследование HMRC, международное взыскание, заморозка счетов в Польше, продажа имущества и долгосрочный план выплат.
Г-н Красон был польским стоматологом, переехавшим в Великобританию в конце 2004 года. Трибунал принял, что его английского было достаточно для работы, но это не был его родной язык, и сложные тексты вызывали у него затруднения. У него не было финансовых или деловых знаний. Его профессиональная компетенция была связана со стоматологией, а не с налогами, бухгалтерией, трастами или корпоративными структурами. Этот личный контекст оказался важным при оценке того, действовал ли он умышленно или небрежно.
После приезда в Великобританию г-н Красон по рекомендации польских коллег обратился к налоговому консультанту. В течение примерно семи лет этот консультант готовил его отчётность и налоговые декларации обычным образом, без каких-либо очевидных проблем. Поэтому, когда ему сообщили, что он платит слишком много налогов и может законно снизить налоговую нагрузку через специальную структуру, у него не было очевидной причины не доверять этому совету. Консультант выглядел профессионально квалифицированным, ранее работал в HMRC и много лет занимался его налоговыми делами. Г-н Красон считал, что находится «в безопасности и в хороших руках».
Проблема заключалась в том, что г-н Красон не понимал, во что он вступает. Ему объяснили, что структура законна, что подобными механизмами пользовались другие профессионалы, и что ему нужно будет платить 11% от валового дохода. Он полагал, что это взнос, связанный с трастом, и что деньги будут уплачиваться HMRC. В действительности Трибунал установил, что эти 11% не были налогом и не перечислялись HMRC. Это была плата, связанная с функционированием схемы.
То, что г-н Красон воспринимал как законный способ налоговой экономии, оказалось сложной схемой налогового избежания с использованием займов, офшорного траста и персональной управляющей компании. Он подписывал технические документы, написанные сложным языком, потому что ему сказали, что это необходимо. Трибунал принял его объяснение: он не понимал ни документов, ни механизма схемы, ни того, каким образом соответствующие суммы отражались в его налоговых декларациях.
Особенно важным был эпизод с декларацией за 2011–12 год. Г-н Красон подписал проект декларации, в котором прибыль после расходов составляла £116,170, а строка «прочие коммерческие расходы» — £3,325. Позднее декларация была изменена перед подачей: сумма «прочих коммерческих расходов» выросла до £119,932. Г-н Красон утверждал, что не видел эту изменённую декларацию и до слушания не знал, что в HMRC была подана не та версия, которую он подписал. Трибунал принял это доказательство.
После подачи изменённой декларации HMRC выплатило г-ну Красону £45,412. Он воспринял это как подтверждение того, что схема работает и является законной. Однако Трибунал указал, что это был лишь возврат ранее внесённых платежей в счёт налоговых обязательств, вызванный подачей изменённой декларации. Это не было одобрением схемы со стороны HMRC. Практический вывод прост: возврат от HMRC сам по себе не означает, что налоговый орган проверил и принял правовую основу заявленной позиции.
Г-н Красон продолжал участвовать в схеме до 2017–18 года. В январе 2018 года HMRC направило ему письмо в рамках Code of Practice 9, поскольку подозревало налоговое мошенничество. Он был шокирован, но снова обратился к своему консультанту, который уверял его, что HMRC ошибается. Переписка с налоговым органом в основном велась через консультанта, а г-н Красон подписывал документы и письма, когда его об этом просили.
Затем HMRC выпустило налоговые оценки, closure notices и штрафы. Штрафы на сумму £224,750 были начислены на основании того, что г-н Красон якобы действовал умышленно и с сокрытием. Споры по основному налогу не были успешно продолжены, и перед Tribunal Judge Anne Redston остался вопрос о штрафах.
Финансовые последствия вышли за пределы Великобритании. К тому времени г-н Красон вернулся в Польшу, чтобы ухаживать за пожилой и больной матерью, с которой у него был совместный банковский счёт. HMRC обратилось к польским налоговым органам для взыскания долга. С учётом процентов сумма превышала £200,000. Польские органы заморозили его банковские счета, включая совместный счёт с матерью. Чтобы собрать средства, он продал дом и автомобиль.
Этот аспект дела показывает практическое значение международного сотрудничества налоговых органов. Налоговый долг в Великобритании может привести к мерам взыскания за рубежом. Если счета являются совместными, последствия могут затронуть и членов семьи, даже если они не участвовали в налоговой схеме.
Позднее г-н Красон согласился на план выплат: £30,000 из оставшихся сбережений и £1,200 ежемесячно в течение десяти лет. Трибунал отметил, что выплаты должны были продолжаться до достижения им 70 лет, что ему пришлось вернуться к работе, а после выплат у него оставалось £150 в месяц на жизнь.
В этом контексте решение по штрафам имело принципиальное значение. Судья Anne Redston отклонила позицию HMRC о том, что г-н Красон действовал умышленно. Она признала его полностью честным и заслуживающим доверия свидетелем. Она приняла, что он не понимал документов, не знал, что его декларация за 2011–12 год была изменена перед подачей, не понимал механизма схемы и не знал, что она не работает.
Трибунал также отверг довод о сокрытии. HMRC ссылалось, в частности, на банковские выписки с редактированными данными, представленные во время проверки. Однако судья установила, что редактирование было сделано не самим г-ном Красоном и не по его указанию. Напротив, когда позднее HMRC запросило доступ к его банковским данным, он добровольно дал соответствующее разрешение, что позволило увидеть полное движение средств.
Альтернативный довод HMRC состоял в том, что г-н Красон действовал небрежно. HMRC утверждало, что разумный налогоплательщик должен был получить письменную консультацию, обратиться к юристу, разобраться в структуре и проверить декларации. Трибунал отверг этот довод с учётом конкретных обстоятельств. Вопрос состоял не в том, как поступил бы опытный предприниматель, бухгалтер или юрист, а в том, как поступил бы разумный налогоплательщик в положении г-на Красона: человек с ограниченным пониманием сложного английского, без финансовых знаний и с многолетним опытом доверия к профессиональному консультанту.
Судья пришла к выводу, что доверие г-на Красона было ошибочным, но не неразумным. Это ключевое различие. Трибунал не одобрил схему и не сказал, что налогоплательщик может игнорировать содержание деклараций, поданных от его имени. Он лишь признал, что при этих конкретных фактах г-н Красон не действовал умышленно, не скрывал неточности и не проявил небрежности. Поэтому штрафы были отменены.
Решение также примечательно подходом судьи. Anne Redston является известным специалистом по налоговому праву и читала мне курс лекций в King's College London. В её решении виден сдержанный, но сочувственный подход в пределах юрисдикции Трибунала. Она не могла отменить налоговые последствия, возникшие в результате предыдущих процессуальных решений, но могла проверить законность штрафов и потребовать ясности в отношении сумм, предъявленных налогоплательщику. Именно это она и сделала. В заключительной части решения судья распорядилась, чтобы HMRC объяснило простым языком, понятным г-ну Красону, как была рассчитана сумма £164,000. Она также предложила HMRC пересмотреть требование о £9,000 судебных расходов, указав, что фактического приказа о взыскании этих расходов не было, финансовое положение г-на Красона не было учтено, а он уже жил на £150 в месяц после заключения плана выплат.
Практические выводы из дела достаточно прямые. Квалификация консультанта важна, но она не заменяет понимания базового эффекта сделки. Особая осторожность нужна, если структура обещает значительное снижение налога и включает трасты, офшорные элементы, займы, управляющие компании, круговое движение средств, необычно крупные расходы или комиссии, зависящие от налоговой выгоды.
Налогоплательщик должен видеть финальную версию декларации, фактически поданной в HMRC. Подписать ранний проект и предположить, что в нём ничего существенно не изменится, недостаточно. Если в декларации появляется крупный расход или возникает существенный возврат налога, нужно запросить простое объяснение: что это за сумма, почему она допустима и какие документы её подтверждают. Если объяснение непонятно, следует получить независимую консультацию у специалиста, не связанного со схемой.
Дело Krason v HMRC — это прежде всего дело о доверии и ответственности. Г-н Красон был признан честным и не проявившим небрежности, а штрафы были отменены. Но это не устранило более широкие последствия: налог, проценты, замороженные счета, продажу имущества и план выплат до 70 лет.
Главный урок состоит в том, что налогоплательщик может поручить подготовку деклараций профессионалу, но не должен полностью отказываться от контроля над тем, что подаётся от его имени. Если предлагаемая схема даёт значительную налоговую выгоду, но не может быть объяснена ясно и понятно, проверка должна быть проведена до подписания документов, а не спустя годы — после расследования, взыскания и судебных разбирательств.
With warm regards
Dmitry Zapol
Partner, international tax advisor, ADIT (Affiliate)
IFS Consultants, London
(www.ifsconsultants.com, dmitry@ifsconsultants.com)
No responsibility can be accepted by IFS Consultants Ltd for action taken as a result of information provided or opinions expressed in this publication. Readers are strongly recommended to take advice on their particular situations.
IFS Consultants Limited. Registered office: 14th Floor, 33 Cavendish Square, London, W1G 0PW. Registration number: 09724879. VAT Reg no.291584866.
